01:38 

История № 183. О том, кто следит за Халком

Однажды нападающий команды «Зенит» Живанилду Виейра де Соуза, известный всему миру под именем Халк проснулся промозглым сентябрьским утром в своем необжитом доме. На стене напротив висел и смотрел на Халка его кумир, великий футболист Пеле.

Халк встал, сунул руки в халат, подошел к окну, отодвинул в сторону штору. Напротив окна на ветке сидели три воробья и безотрывно глядели прямо в зрачки Халка. Халк моргнул. Воробьи переглянулись и снова уставились на него.

Отойдя от окна, Халк осторожно глянул на портрет Пеле на стенке, и, вздрогнув увидел, что Пеле смотрит прямо ему в глаза и на этой стороне комнаты.

Халк решил выйти прогуляться перед тренировкой. Осторожно выглянув в глазок, он увидел в кустах блеснувший окуляр бинокля. Кто-то сидел в кустах и следил за его дверью.

- Да ладно, - сказал сам себе Халк. — Фигня какая-то. Не может быть.

Храбро распахнул дверь и вышел.

Мимо его нового дома двигались бесконечные потоки людей. Люди шли как бы по своим делам, но, проходя мимо дома Халка, поворачивали головы и смотрели на него. Через несколько минут Халку показалось, что они ходят вокруг его дома кругами.

Поняв, что прогуляться в такой обстановке не удастся, Халк решил сесть в машину и поехать прямиком на базу.

«Там хоть за забором», - напряженно подумал Халк. — «Секьюрити, все дела. Там, наверное, будет спокойнее».

Едва выехав за ворота и встроившись в напряженный понедельничный поток машин, Халк заметил, что проезжающие мимо машины подтормаживают, а водители напряженно смотрят ему прямо в глаза.

Вскоре рядом с машиной Халка пристроился целый кортеж. Сворачивая шеи в сторону, водители с обеих сторон следили за каждым его движением.

Халк напрягся, но решил не обращать внимания и ехать дальше.

Даже гулявшие по улице Аккуратова собаки аккуратно поворачивали головы следом за машиной Халка и громко гавкали, как бы передавая друг другу эстафету.

Когда Халк с облегчением въехал на территорию базы и за ним закрылись ворота, он было выдохнул с облегчением, но потом заметил, что повар Дядя Юра, прачка Тетя Настя, несколько мальчишек, подающих мячи, да что там, даже тренер Балдини, стоят и внимательно наблюдают за тем, как он вылезает из машины.

- Слушайте, - сказал Халк. — Я, наверное, чего-то не понимаю.

Все по-прежнему смотрели на него, не моргая.

- Чего вы все на меня так смотрите? Что вообще все на меня сегодня смотрят, как будто в жизни человека не видели? - горячо заговорил Халк.

Тут из здания базы вышел тот, кто в команде обычно сидел во втором ряду.

- О, Халк! - сказал Тот, Кто Всегда Сидит Во Втором Ряду. — Привет!

- Здорово, - сказал Халк. — Слушай, ты не знаешь, что они сегодня все на меня так смотрят?

- Они не смотрят, - сказал Тот, Кто Всегда Сидит Во Втором Ряду. — Они следят.

- А на фига? - спросил Халк. — Я же ничего такого не делаю.

- Думают, что если чего заметят, им приз какой-нибудь дадут, - сказал Тот, Кто Всегда Сидит Во Втором Ряду.

- Приехал, - сказал сам себе Халк. Велел самому себе забить, во всех смыслах этого слова, и пошел за мячиком.

Тут из здания базы вышел Главный Креативный Человек-Придумщик, которого друзья называли Ваше Творчество, а недруги – ГКЧП.

- Отставить следить за Халком! - закричал он. - Все-то вы понимаете буквально! Ну никаких фигур речи позволить нельзя! Сейчас еще толстый кудрявый чувак с инета про это свою историю напишет, доказывай потом, что не это имел в виду!

И вдруг заметил, что теперь все следят за ним, и по его спине продрал противный холодок.

19:16 

История № 182. О Саболче Хусти

Однажды полузащитник команды «Ганновер» Саболч Хусти забил гол.

Обернулся и увидел совсем не тех, кого ожидал увидеть.

На него навалилась орущая куча одноклубников, и перед глазами Саболча Хусти замелькали темно-бордовые пятна.

«Спартаковцы!» - в ужасе подумал Саболч Хусти, и почти уже начал отбиваться.

А потом он все вспомнил.

Вспомнил, что больше не выходит на замены, а играет в основном составе; что не ездит на машине по раздолбанной улице Аккуратова, а выезжает каждый раз на многополосное шоссе; что если и видел в последнее время дождь, то только такой, который прекращался через пятнадцать минут; что он теперь может спокойно выйти в город, где его никто не схватит и не поставит на парапет набережной, чтобы спеть ему песню на непонятном языке; и что теперь в июне у него за окном будет черная тьма.

Ему было чуть радостно и чуть грустно.

19:16 

История № 181. О печальной традиции

- Слушайте, - сказал Халк. — Скажите, пожалуйста, это у нас такая традиция — начинать играть со счета 2:0?

Ему никто не ответил.

Халк пожал плечами и побежал к штрафной соперника.

19:15 

История № 181. О комиксе-победителе

Однажды питерский художник Николай Копейкин спал, и ему снился сон. Во сне к нему пришел в гости великий русский поэт Александр Сергеевич Пушкин. Во сне Николай Копейкин рисовал Александра Сергеевича модным стилусом на своем планшетнике последней модели, но вместо трагического лика великого поэта выходил почему-то исключительно только Сейду Думбия.

Во сне Александр Сергеевич морщился, говорил в рифму разные слова на нескольких языках, заглядывал в планшет, переживал и даже грыз ногти.

- Сударь! - сказал Александр Сергеевич. — Скажите, а можете вы вместо меня лучше сразу нарисовать этого, как его…ну, автора слов.

- Noize MC? - удивлялся Николай Копейкин. — Нет, Александр Сергеевич, этот Noise MC — он чего, ничего особенного. Это вот Вы!… Вы — это сила. Вы — это наше все.

- Давайте тогда, - сказал Александр Сергеевич, - вы нарисуете меня, но читать я буду лучше свои стихи. Я их даже готов специально написать. Какая там тема-то?

- Рэп, футбол, «Зенит», - сказал Николай Копейкин. — Убийственная комбинация.

- О Бог мой, - сказал Александр Сергеевич. — Я про это, наверное, не смогу. Я больше про любовь, и еще, «Товарищ, верь, взойдет она, звезда пленительного счастья!» и так далее.

- Не-не, - сказал начитанный Николай Копейкин. — Там конец не очень в тему. Там обломки, самовластье. Нет-нет. Надо оптимистическое, типа, вот приедет Халк, Халк нас рассудит.

- Это к Некрасову, - сказал Александр Сергеевич.

- Или… ну, типа «вот герои нашего времени», а дальше в рифму, про Витселя с Янбаевым, - сказал Николай Копейкин.

- Это Лермонтов, - сказал, вздохнув, Александр Сергеевич. — Причем тогда тут я.

Во сне Александр Сергеевич прочитал Николаю Копейкину несколько томов своих стихов, а Николай Копейкин все рисовал и рисовал, все новых и новых Сейдов Думбиев, а Александр Сергеевич все не получался.

- Да-а-а-а-а-а-а, - сказал Александр Сергеевич Пушкин, посмотрев на заключительную версию. — Что я Вам скажу, сударь. Не Рублев.

Во сне Николай Копейкин обиделся на Александра Сергеевича.

И тут во сне Николая Копейкина зазвонил телефон.

- Коля? - сказала трубка. — Готов мульт? За победой ехать пора.

Александр Сергеевич Пушкин во сне махнул рукой и ушел.

19:13 

История № 180. О жирной трехочковой синице

Однажды нападающий команды «Зенит» Александр Кержаков позвонил своему другу, нападающему команды «Барселона» Сеску Фабрегасу.

- Сеня, - сказал Александр Кержаков. — Поздравляю с победой. Ты знаешь наше особое, питерское, нежное и трепетное отношение к «Спартаку». Спасибо, что выиграли, но оставили парням надежду.

- Ой, Саня, - сказал Сеск Фабрегас. — Извини, ты не вовремя.

- А что такое? - спросил Александр Кержаков. — Снова тренируешься или играешь?

- Синицу кормлю, - сказал Сеск Фабрегас.

- Господи, - сказал Александр Кержаков. — Какую синицу, ты что, в орнитологи подался?

- Жирную, трехочковую, - сказал Сеск Фабрегас.

- Я боюсь даже спросить, - сказал Александр Кержаков.

- Спрашивай, - разрешил Сеск Фабрегас.

- Зачем она тебе и где ты ее взял? - спросил Александр Кержаков. — И еще: трехочковая, это она в очках или что еще хуже?

- Дикань подарил, велел лелеять, - сказал Сеск Фабрегас. — Она раньше у него жила, а теперь он больше по журавлям специализируется. А ответ на твой второй вопрос прост: очков в смысле улучшающей зрение оптики у нее нет. Поэтому, наверное, хуже.

- Ну, если Дикань подарил, - сказал Александр Кержаков, - то оно понятно, почему хуже. Им уже с десяток тренеров все пытается сделать лучше, и все никак.

- А ты, я гляжу, все растешь, - сказал Сеск Фабрегас. — Еще немного и Широкова догонишь. Мы-то с ним… ну, ты знаешь.

- Ладно, Сеня, не отвлекайся, а то синица похудеет, - торопливо сказал Александр Кержаков. — Я тебе потом позвоню.
И Александр Кержаков повесил трубку.

ПС. Автор блога сердечно благодарит искрометного коллегу по перу, корреспондента «Газеты.ру» в Барселоне Олега Кошелева. Без Вас, Олег, не было бы истории. Резвого Вам курсора. www.gazeta.ru/sport/2012/09/19/a_4780745.shtml

19:10 

История № 179. О Страже Счастья

Однажды многократный победитель разнообразных кубков, обладатель множества медалей разого достоинства Александр Анатольевич Кержаков позвонил олимпийскому чемпиону по футболу Эдуарду Рамонову.

- Да? - сказал Эдуард Рамонов, проталкивающийся через сплоченные ряды оглушительно орущих болельщиков.

- Эдик? - сказал Александр Кержаков. — Бог мой, я, наверное, не вовремя. Ты играешь, что ли?

- Нет, - пыхтя, ответил Эдуард Рамонов. — Играть легче. Я пытаюсь выбраться из аэропорта. Тут знаешь, сколько народу…

Эдуард Рамонов наконец преодолел веселую толпу встречавших и вышел на свободное пространство.

- Слушай, - сказал Александр Кержаков. — Даже не знаю, как начать.

- Не бойся, - сказал Эдуард Рамонов. — Единственное, чего мы должны бояться — сам страх.

- Я тебя во-первых, поздравляю, - сказал Александр Кержаков. — Это вы там круто, молодцы! В общем, всех победили.

- Спасибо, - сказал привычным голосом Эдуард Рамонов.

- А во-вторых, - сказал Александр Кержаков неуверенным голосом, - я прямо даже не знаю, как сказать… Я давно, даже, скорее, никогда не говорил таких слов.

- Говори как есть, - сказал Эдуард Рамонов.

- Слушай, - сказал Александр Кержаков и замолк, а потом вдруг глубоко вздохнул. — В общем, блин, Эдик… я уже все призы выиграл, а вот чемпионом мира, Европы или Олимпийских игр пока не был… в общем… блин… ну… поучи меня играть в футбол. Вот, сказал.

- Саша, - сказал своим самым проникновенным голосом Эдуард Рамонов. — Ты умеешь играть в футбол. Ты просто должен учиться играть так, как тебя зовут.

- Это как? - удивился Александр Кержаков.

- Вот я, например, - сказал Эдуард Рамонов, - «Страж Счастья». Понимаешь? Если я, сегодня, сейчас, прошляпю счастье, то все… не будет счастья. Надо его ловить. А как я могу его ловить? Мячиком вот в него могу попасть.
Понимаешь?

Александр Кержаков молча слушал, забыв даже записывать эти слова модным стилусом на своем новейшем планшетнике.

- А ты? - сказал Эдуард Рамонов. — Вот ты, например, Александр. Знаешь, что значит? Защитник людей! Если ты сейчас своих людей не защитишь, сам первый вперед не бросишься, то кто их защитит без тебя? Без тебя даже Виктор, тот, который победитель, никого не победит. Ты должен первый бежать вперед. Бросаться грудью. Потому что ты их защищаешь. А там следом и победа придет. Понимаешь?

- Понимаю, - тихо сказал Александр Кержаков.

- Ну вот, - удовлетворенно сказал Эдуард Рамонов. — Иди, Сашка, защищай людей. И за Виктором следи. Потому что если ты его защитишь, он потом победит.

И Олимпийский чемпион повесил трубку.

19:08 

История № 178. История о каменных мячах

Однажды нападающий команды «Зенит» Живанилду Виейра ди Соуза, известный всему миру под именем Халк, позвонил своему коллеге, нападающему команды «Зенит» Александру Кержакову.

- Саня, - сказал деловитым голосом Халк. — Есть пара вопросов.

- Давай, - сказал Александр Кержаков.

- Это правда, что в России полгода играют в футбол на катке, мячи — каменные и многоугольные, а болельщики на трибунах скачут голые и жгут костры, чтобы согреться, причем дым от костров накрывает поле вонючей пеленой?

- Нет, - сказал Александр Кержаков. — Неправда.

- Слава богу, - сказал Халк.

- Мы полгода играем не на катке, а в болоте, - сказал Александр Кержаков. — Мячи — они скорее чугунные. Или деревянные. Летят черт-те куда, только не в ворота, а нападающий виноват. Болельщики жгут костры, но не из досок на берегу, а из кресел на стадионе, и да, дым заволакивает поле. Особенно когда мороз или дождь или ветра нет. А одно из трех бывает всегда.

Халк ошарашенно молчал.

- Если выиграл в гостях, - продолжал Александр Кержаков, - то тебя прикрывает строй ментов, доводит до самого автобуса, а потом в автобусе все ложатся под кресла, потому что болельщики хозяев, бывает, кидаются в окна камнями.

Молчание Халка зловеще наполнило эфир.

- И дождь, дождь, все время дождь, - сказал Александр Кержаков. — Круглые сутки дождь. Или снег. Или град. Три солнечных дня в году и все в среду.

- Блин, - сказал Халк.

- Погоди, я тебе еще про базу и про стадион не рассказал, - сказал Александр Кержаков. — Если ты стоишь, сядь.

- Нет-нет, - торопливо сказал Халк. — Не сегодня. Прости. Надо как-то… свыкнуться с тем, что я уже знаю. Как-нибудь потом. Давай.

И Халк повесил трубку.

19:07 

История № 177. О еще одном дежавю

Однажды Александр Бухаров разговаривал сам с собой.

- Ну и пусть, - сказал сам себе Александр Бухаров. — Зато я буду пять раз подряд чемпионом России.

Ему вдруг стало весело, хорошо и легко.

19:06 

История № 176. О детях Шунина - вариант 2

Однажды вратарь команды «Динамо» (Москва) Антон Шунин позвонил вратарю команды «Зенит» (Санкт-Петербург) Вячеславу Малафееву.

- Здравствуй, Слава, - сказал Антон Шунин. — Поздравь меня.

- Тебя? С чем? - спросил Вячеслав Малафеев, мельком глянув на экран телефона, где высветился адресат «Вратарь команды с другого конца турнирной таблицы».

- Меня вызвали в сборную, - сказал Антон Шунин.

- А-а-а-а-а-а, ну-у-у-у-у-у-у, с этим поздравляю, - сказал Вячеслав Малафеев. — Это классно, съездишь в разные страны, шоппинг там, фото на память на фоне исторических реликвий, сравнительно-сопоставительный анализ домашних стадионов разных команд мира. Круто, поздравляю!

- Я буду в воротах сборной! - сказал Антон Шунин. — Снова!

- На это я бы на твоем месте не рассчитывал, - сказал Вячеслав Малафеев. — В воротах будет Сам-Знаешь-Кто.

- Ой, - сказал Антон Шунин. — Он, что, вернулся?

- Вернулся, - сказал Вячеслав Малафеев. — Так что все остальные вратари купили мантии-невидимки.

Антон Шунин испуганно замолк.

- Ну, ты все равно не бойся, Шунин, - сказал Вячеслав Малафеев. — Ты там побудешь, потом обратно приедешь, и все снова станет, как обычно.

- Ну, если в воротах будет Сам-Знаешь-Кто, - сказал Антон Шунин приободрившимся голосом, - то мы с тобой можем сходить туда, куда он до этого ходил с Сократиком. Там классно!

- Не, не, нафиг, нафиг! - сказал Вячеслав Малафеев. — Я по таким местам не хожу. Я вообще никуда не еду. Я в другое место пойду.

- С кем? - спросил Антон Шунин.

- С Шавой, - сказал Вячеслав Малафеев. — И нам там тоже будет очень хорошо. Но я там долго не буду. Я занятой человек.

- Тренироваться будешь? - с уважением спросил Антон Шунин.

- Ну, и тренироваться тоже, - сказал Вячеслав Малафеев. — Но это дело второе. На первом месте у меня теперь дети. Я теперь, ну, сперва, конечно, вратарь… а потом еще педагог, писатель и блоггер. Дети, Шунин, это наше будущее.

- Да? - несколько встревоженно спросил Антон Чунин. — Не футбол? Тренер говорит — футбол наше будущее.

- Врет, - уверенно сказал Вячеслав Малафеев. — Наше будущее — дети. Это из-за них я больше не поеду в сборную. Либо сборная, либо дети, Шунин. Ну ладно, пока. Звони, фотки привози.

И великий вратарь повесил трубку.

19:04 

История № 175. О детях Шунина - Вариант 1

Однажды вратарь команды «Динамо» (Москва) Антон Шунин позвонил вратарю команды «Зенит» (Санкт-Петербург) Вячеславу Малафееву.

- Здравствуй, Слава, - сказал Антон Шунин. — Поздравь меня.

- Тебя? С чем? - спросил Вячеслав Малафеев, мельком глянув на экран телефона, где высветился адресат «Вратарь команды с другого конца турнирной таблицы».

- Меня вызвали в сборную, - сказал Антон Шунин.

- А-а-а-а-а-а, ну-у-у-у-у-у-у, с этим поздравляю, - сказал Вячеслав Малафеев. — Это классно, съездишь в разные страны, шоппинг там, фото на память на фоне исторических реликвий, сравнительно-сопоставительный анализ домашних стадионов разных команд мира. Круто, поздравляю!

- Я буду в воротах сборной! - сказал Антон Шунин. — Снова!

- На это я бы на твоем месте не рассчитывал, - сказал Вячеслав Малафеев. — В воротах будет Сам-Знаешь-Кто.

- Ой, - сказал Антон Шунин. — Он, что, вернулся?

- Вернулся, - сказал Вячеслав Малафеев. — Так что все остальные вратари купили мантии-невидимки.

Антон Шунин испуганно замолк.

- Ну, ты все равно не бойся, Шунин, - сказал Вячеслав Малафеев. — Ты там побудешь, потом обратно приедешь, и все снова станет, как обычно.

- Ну, если в воротах будет Сам-Знаешь-Кто, - сказал Антон Шунин приободрившимся голосом, - то мы с тобой можем сходить туда, куда он до этого ходил с Сократиком. Там классно!

- Не, не, нафиг, нафиг! - сказал Вячеслав Малафеев. — Я по таким местам не хожу. Я вообще никуда не еду. Я в другое место пойду.

- С кем? - спросил Антон Шунин.

- С Шавой, - сказал Вячеслав Малафеев. — И нам там тоже будет очень хорошо. Но я там долго не буду. Я занятой человек.

- Тренироваться будешь? - с уважением спросил Антон Шунин.

- Ну, и тренироваться тоже, - сказал Вячеслав Малафеев. — Но это дело второе. На первом месте у меня теперь дети. Я теперь, ну, сперва, конечно, вратарь… а потом еще педагог, писатель и блоггер. Дети, Шунин, это наше будущее. У тебя есть дети?

- Нет, - сказал Антон Шунин. — По-моему. Мне так кажется.

- Это ты хорошо сказал, это правильное уточнение, - сказал с заключительной интонаций Вячеслав Малафеев. — Мало ли, что бывает, когда на солнышке лежишь. Ну все, поздравляю, удачи, фотки привози.

И Вячеслав Малафеев повесил трубку.

19:02 

История № 174. О том, как Максим Львович от Розины избавлялся

Однажды полузащитник команды «Зенит» Алессандро Розина сидел на диване в своем давно ставшим привычным петербургском доме, а вокруг суетился генеральный директор клуба Максим Львович Митрофанов.

Максим Львович, пыхтя, встал коленом на собранный чемодан и туго затянул ремень. Выключил из розетки электрические устройства. Застелил кровать. Пропылесосил ковры.

Алессандро Розина ждал.

Максим Львович вызвал такси, которое обещало прибыть через пять минут, и, запыхавшись, сел на только что с трудом закрытый чемодан.

- Сам пойдешь? - сказал Максим Львович.

Алессандро Розина покачал головой.

Под окном забибикало такси.

Максим Львович неожиданно резво подскочил, взял в каждую руку по чемодану, а на спину большой баул с мячиками, календариками и несколькими громко звякнувшими большими и маленькими медалями, завоеванными Аллесандро Розиной в «Зените», и устремился вниз по лестнице.

Алессандро Розина ждал.

Максим Львович вернулся, кряхтя, обхватил Алессандро Розину захватом спасателя и понес его к выходу. Открыв дверь носком лакированного ботинка, Максим Львович сгрузил Алессандро Розину на заднее сиденье и перевел дух.

Водитель такси посмотрел на них с удивлением, но ничего не сказал.

Такси рвануло с места.

Вокруг было тихо и спокойно. Шли дети, размахивая подвядшими букетами, в синее небо улетали шарики, солнце золотило верхушки деревьев. Был прекрасный солнечный день, пробок на дороге не было, и дорога заняла втрое меньше, чем обычно.

- Ну, а тут сам пойдешь? - сказал Максим Львович Митрофанов.

- Не-а, - сказал Алессандро Розина. — Мне и тут хорошо, спасибо большое.

Сказав несколько футбольных терминов подряд, Максим Львович вышел из такси и отправился за багажной тележкой. Вернулся, выгрузил из такси чемоданы и перенес на багажную тележку самого Алессандро Розину. Расплатился с таксистом и покатил тележку по пустынному залу аэровокзала к VIP выходу на посадку.

- Ну а по трапу, Саша? - жалобно спросил Максим Львович.

- Не, - сказал Алессандро Розина.

Проклиная свою горькую судьбину, Максим Львович карабкался по трапу, а на спине у него висел покорной тряпочкой бронзовый призер чемпионата России и двухкратный чемпион России, а также обладатель Кубка России.

Аккуратно усадив Алессандро Розину в кресло, Максим Львович выпрямился. Он уложил покорные руки футболиста на подлокотники, застегнул и подтянул ремень. Поправил под умной лысой головой подушку и прикрыл его мускулистые ноги клетчатым одеялком. Красивая стюардесса наблюдала за ними, улыбаясь.

- Вы очень заботливый, синьор, - сказала она Максиму Львовичу.

Максим Львович посмотрел на удобно сидящего в кресле Алессандро Розину и сказал:

- Ну, вроде ничего не забыл. Можете взлетать. Только дайте я выйду.

- А я и в Риме из самолета не выйду, - сказал Алессандро Розина.

- Ну, в Риме это ты уже как хочешь, - сказал Максим Львович и нежно улыбнулся.

И пока красивая стюардесса еще раз не сказала ему, какой он заботливый, он быстро обернулся и сбежал по ступенькам, на ходу открывая свой новейший айфон, чтобы оставить еще один электронный след в Твиттере.

Жизнь продолжалась.

19:01 

История № 173. Почему так грустно после встречи с "Рубином"

Однажды сорок шестой из пятидесяти лучших футболистов мира Роман Николаевич Широков позвонил своему другу и одноклубнику Александру Анатольевичу Кержакову, входящему в огромное количество разнообразных списков, рейтингов и клубов бомбардиров, ветеранов и просто хороших людей.

- Представляешь, - сказал Роман Широков. — Мне сегодня люльку покачали. Прямо полкоманды, все побежали после гола и покачали мне люльку.

- Да, видел, - сказал Александр Кержаков.

- А еще у меня сегодня сотый матч за Зенит, - сказал Роман Широков. — То есть я теперь тоже, знаешь ли, в еще одном клубе состою.

- Поздравляю, - сказал Александр Кержаков.

- Дочь у меня родилась, я ее Победой назвал, - сказал Роман Широков.

- Победа Романовна? - сказал Александр Кержаков. — М-м-мда. Не могу поздравить тебя с выбором правильного имени.

- Ты чего, я ее «Победой» не по-русски, а по-латыни назвал, - сказал Роман Широков. — Виктория! Так еще королеву английскую звали, и жену Бэкхема так тоже зовут. Она у меня такая же величественная и такая же красивая.

- Круто! - сказал Александр Кержаков.

- Ну, и я еще, наконец, попал в такой рейтинг, докуда не только Виктор Гусев, но даже ты еще не дорос, - сказал Роман Широков.

- Да, я знаю, - сказал Александр Кержаков. — И скоро там буду, дай только срок.

- И Капелло меня в сборную позвал. И Семака тоже. Ну, и тебя, хоть ты и не играл сегодня вообще.

- Точно, - сказал Александр Кержаков. — Это ты все правильно говоришь.

- То есть очень много хорошего, - сказал Роман Широков. — Вот только не пойму, чего ж так грустно-то?

- Ума не приложу, - сказал Александр Кержаков.

Футболисты помолчали и синхронно повесили трубки.

18:59 

История № 172. О том, как Эммануэль Эбуе поздравлял Андрея Аршавина

Однажды защитник сборной команды Кот Д'Ивуара по футболу Эммануэль Эбуе позвонил капитану сборной России по футболу Андрею Аршавину.

- Да-да, - расслабленным голосом сказал Андрей Аршавин, отдыхая в джакузи после напряженной тренировки.

- Шава! - сказал поздравительным голосом Эммануэль Эбуе. — Поздравляю тебя с рождением сына.

- Спасибо, - сказал кратким голосом Андрей Аршавин, ставя сто тридцать седьмую галочку в списке «Кто меня уже поздравил с рождением сына».

- Я уже еду, - сказал Эммануэль Эбуе. — Я уже сижу в самолете и пилоты запускают двигатели.

- Куда ты едешь? - сказал Андрей Аршавин. — Крестины еще нескоро.

- Ну как, - растерянно сказал Эммануэль Эбуе. — Я еду играть в футбол. С тобой. Ты же еще играешь в футбол?

- Еще как, - сказал Андрей Аршавин.

- Ну вот, - сказал Эммануэль Эбуе. — А я соскучился и хочу с тобой еще попинать круглого.

- Главное, пинай его тогда в направлении своего вратаря, а не нашего, - сказал Андрей Аршавин. — А я тебе помогу.
Фабио сказал, что я должен быть примером, придется себя хорошо вести. А для нападающего это значит нужно гол забить. Желательно не один. Если я гол забью, мне колыбельку покачивать будут, знаешь как это приятно.

- Ну, за нами дело тоже не станет, я уже тренеру говорил, - сказал Эммануэль Эбуе. — Я если тебе… ну, в смысле, вам… гол забью, я тоже постараюсь сделать тебе приятно… в смысле, колыбельку покачаю. И остальные ребята тоже говорят, поздравим, мол, Аршавина. Пусть каждый забьет по голу и колыбельку тебе покачает. Представляешь, скажем, если будет 10:0 в нашу пользу, то-то тебе будет радости. В общем, до встречи, друг!

И Эммануэль Эбуе повесил трубку.

18:58 

История № 171. О воле к победе

- Итак, - сказал грозно поблескивающий очками Фабио Капелло, оглядывая комнату, в которой робко жались по углам футболисты сборной команды России, - начнем, пожалуй.

Великий тренер неторопливо пересек комнату, и нажав на кнопку сложного пульта дистанционного управления, включил на стенке огромный интерактивный экран.

- Кино будет, - сказал кто-то из второго ряда. — Классно, это мне нравится.

На экране появилось, заняв 90% его площади, лицо главного тренера сборной России по волейболу Владимира Романовича Алекно. Он что-то горячо втолковывал парням, которые окружили его со всех сторон. На табло горел счет 2:0 в пользу сборной Бразилии, и счет партии, при одном взгляде на который становилось понятно, что игра скоро кончится.

- Так это ж волейбол, тренер, - сказал кто-то очень смелый.

- Нет, - сказал Фабио Капелло. — Нет.

Игроки оторвались от экрана и с изумлением воззрились на своего нового наставника.

- Так сетка, мячик вон маленький, поле паркетное, - сказал кто-то весьма неуверенным голосом. — Клянусь, это волейбол. Вы, наверное, тренер, не тот файлик скачали.

- Тот, - сказал Фабио Капелло.

- Надо, тогда, наверное, на начало перемотать, - сказал еще кто-то.

- Не надо, - сказал Фабио Капелло.

Больше желающих поправить тренера не нашлось.

- Итак, если вопросов и комментариев больше нет, начнем, пожалуй, - повторил Фабио Капелло. — Вашему вниманию предлагается фильм «Воля к победе». Конспект можно не вести. Впитывайте.

И великий тренер нажал на кнопку «пуск». Команда Бразилии пошла подавать матч-бол.

18:55 

История № 170. О мотивации вратарей

Однажды вратарь команды «Зенит» Вячеслав Малафеев встретился на кромке поля с главным тренером сборной России по футболу Фабио Капелло.

- О, синьор Фабио, - сказал Вячеслав Малафеев. — Бон джорно!

- Малафеев, - сказал деловито Фабио Капелло. — Даю тебе второй шанс, чтобы стать первым. Как сегодня отстоишь, так и будем считать.

- А разве… - начал было Вячеслав Малафеев.

Фабио Капелло отмахнулся.

- То было фигня, - сказал он. - Нужно на ноль отстоять и пенальти отбить. И передай там вашим, если кто хочет в сборную, пусть сегодня гол забьет. И вот еще что — Кержакова с Семаком я уже в игре видел, их голы будут не в счет. И иностранцы ваши чтобы вперед не лезли, играть должны русские, я из-за них вообще приехал. Понял?

- Передам, - сказал Вячеслав Малафеев.

- И еще, - сказал Фабио Капелло. — Нужно сделать так, чтобы снова был рекорд. Какой-нибудь. Вы все сегодня должны что-то сделать впервые. Рекорд — и вы в сборной. Нет рекорда — нет сборной. Тогда я поеду в «Динамо» сборную набирать. Начну с Шунина и далее по списку. Или во Владивостокский «Луч» - команд-то много.

- Понял, - сказал Вячеслав Малафеев.

- Ну я слежу, - сказал Фабио Капелло и удобно устроился в кресле.

18:53 

История № 169. О том, как праздновал победу Усэйн Болт

Однажды многократный олимпийский чемпион по легкой атлетике Усэйн Болт позвонил нападающему английского клуба «Арсенал» (Лондон) Андрею Аршавину.

- Привет, - сказал Усэйн Болт. — Поздравь меня.

- Болтик, - сказал Андрей Аршавин. — Поздравляю, конечно. Докладывай.

- Я сделал, как ты советовал, - сказал Усэйн Болт.

- Молодец, - сказал Андрей Аршавин.

- И что теперь? - спросил Усэйн Болт. — Когда придут новые победы?

- Когда-неважно, - сказал Андрей Аршавин голосом испытанного победами и поражениями борца. — Главное, будь уверен, они будут.

- Сколько? - спросил Усэйн Болт.

- Ну, что ж ты так сразу в меркантильную плоскость переводишь? - сказал Андрей Аршавин. — Разве простая уверенность в том, что все еще впереди, не придает тебе сил?

- На меня вся Ямайка смотрит, - сказал Усэйн Болт. — Нужно оправдывать ожидания. Они же за меня болеют. Ночами не спят. Едут за мной через полмира. А ты говоришь, когда. Они ж с меня спросят. Мне их подводить нельзя.

- Ой, блин, Болтик, ладно, - вдруг быстро сказал Андрей Аршавин. — Поздравляю тебя еще раз. Победы будут. Когда-нибудь. Но будут. Много. Пока.

И Андрей Аршавин повесил трубку.

18:52 

История № 168. О трудном выборе Фабио Капелло

Однажды главный тренер сборной России Фабио Капелло встретился на кромке поля с вратарем команды «Зенит» и сборной России Вячеславом Малафеевым и вратарем команды ЦСКА и сборной России Игорем Акинфеевым.

- Ну, парни, - сказал Фабио Капелло. — Кто из вас первый, а кто — второй?

- Я первый, - сказал Игорь Акинфеев.

- Не фига, я первый! - сказал Вячеслав Малафеев.

- Не слушайте его, коуч, он не первый, он шестнадцатый, - сказал Игорь Акинфеев. — И вообще, согласно поговорке… твой номер шестнадцатый, и сам знаешь дальше как.

- Я играл на чемпионате Европы! - сказал Вячеслав Малафеев. — А он, коуч, сидел на лавочке.

- И немного же ты наиграл, - сказал язвительно Игорь Акинфеев. — Пропустил кучу голов.

- По одному в каждом матче, - сказал Вячеслав Малафеев. — Спорим, ты столько за один матч пропустишь?

- Кто мне их забивать будет? - сказал Игорь Акинфеев. — Кержаков, что ли? Не смеши меня. То-то он на чемпионате Европы позабивал.

Фабио Капелло молча переводил взгляд с одного на другого.

- Сегодня он будет не один, - сказал Вячеслав Малафеев. — У него есть наставник, учитель и друг. С ним ему ничего не страшно. Это без него ему было плохо в сборной.

- А что же его наставник, учитель и друг в сборной не был? - спросил Игорь Акинфеев.

- Понятия не имею, - сказал Вячеслав Малафеев. — Вообще самый крутой игрок в команде. Лучик говорит, будущий тренер сборной.

- Ну пока я тренер сборной, - сказал Фабио Капелло. Вытащил из кармана модный телефон последней модели и набрал номер Антона Шунина.

Матч начался.

18:49 

История № 167. О том, как по-русски материться нужно

Однажды капитан команды «Зенит» (Санкт-Петербург) Вячеслав Малафеев позвонил своему бывшему одноклубнику, нападающему клуба «Валенсия» Алехандро Домингесу.

- Саня, - сказал Вячеслав Малафеев непривычно строгим голосом. — Что я вижу на своем экране? Что я слышу в своих наушниках?!

- Ну ты задал задачку, Слава, - сказал Алехандро Домингез, тренируясь отбивать головой мячи, летящие в ворота. — Откуда ж я знаю. Подскажи.

- Почему ты материшься с экрана телевизора, как какой-нибудь, не к ночи будь помянут, Губерниев? - сказал Вячеслав Малафеев голосом своего первого тренера В. П. Савина. — Неужели ты не мог вместо этого спеть им песню про Чебурашку или кусочек гимна? Где ты вообще узнал такие слова?

- В штрафной площадке, - сказал Алехандро Домингес.

- В моей штрафной площадке таких слов не говорят, - сказал назидательно Вячеслав Малафеев. — Мы говорим: «Будьте любезны, обратите внимание, опасность справа» или «Будьте добры, освободите мне путь к мячу». Еще «Благодарю вас за внимательную игру в защите».

- В твоей, - сказал Алехандро Домингес. — Я в твоей штрафной площадке был всего один раз, и то случайно зашел. Заблудился, стал выбираться и еще мячом по голове получил. Потом от ужаса вообще даже забивать перестал, так мяча боялся. Это я в чужой штрафной слышал. Когда голы забивал. После этого я обычно говорил вратарю «Извините, сударь, что побеспокоил», а он мне в ответ говорил… ну, ты слышал.

- Так нет, чтобы уточнить, - сказал Вячеслав Малафеев. — А то умные люди бог весть что подумали. И все-таки смотри там, говори по-русски осторожно, а то вдруг кто поймет и обидится.

- Хорошо, - сказал послушным голосом Алехандро Домингес.

- И голову береги, - вдруг сказал заботливым голосом Вячеслав Малафеев. — Золотая у тебя голова. У одних футболистов ноги золотые…

- У других — руки, - сказал Алехандро Домингес.

- Да, - скромно сказал Вячеслав Малафеев. — А у тебя голова. Береги ее.

- Еще бы, столько языков знает, - сказал Алехандро Домингес.

- И это тоже, - сказал Вячеслав Малафеев. Вздохнул и повесил трубку.

18:47 

История № 166. О том, как провожали Саболча Хусти

Однажды команда «Зенит» провожала на самолет двухкратного чемпиона России, бронзового призера чемпионата России, обладателя кубка России и суперкубка России Саболча Хусти.

Шел противный осенний дождь, хотя на дворе стояла середина лета.

- Их бин, ду бист, эр зи эс ист, - сказал Саболч Хусти.

- Чего? - хором спросили провожающие.

- Да так, стихи, - сказал Саболч Хусти. — Пригодятся.

Повисла грустная пауза. Серое небо плакало мутными слезами питерского дождя.

- Вот кто теперь у нас выйдет на замену и гол сразу забьет? - сказал кто-то из второго ряда. — Или раз ударит неудачно, так любой ценой добьется повторного удара с того же места?

- Ума не приложу, - сказал Саболч Хусти. — Я уж и не говорю о гуляше. Гуляш-то вам теперь точно готовить будет некому. Я там рецепт на стенке в кухне приклеил. По-венгерски, конечно, но на что нам дан свыше гугл транслейт?

Все опять замолчали.

- Ну все, пацаны, - сказал Саболч Хусти и холодный северный ветер растрепал его непослушный хохолок. — Пойду я. Смотрите меня по телеку. И главное.

Команда прислушалась.

- Мутатасой никого не называйте, - сказал Саболч Хусти. — Это обычное, нормальное венгерское слово. Даже не существительное.

Повернулся и ушел.

18:46 

История № 165. О том, как нужно бить пенальти

- Смотри, Бруну, - сказал Александр Кержаков.

И забил пенальти.

- Герус — не Касильяс, - сказал Бруну Алвеш.

- Я не про то, как забивать, - сказал Александр Кержаков. — Я про то, как в ворота попасть. Ведь попал?

- На этот раз попал, - сказал Бруну Алвеш.

- Дважды, - сказал Александр Кержаков.

- В кои-то веки, - сказал Бруну Алвеш.

- Ну это еще только первый тур, - сказал Александр Кержаков. — По два раза в каждом туре — это будет…

- Криштиану Рональду, - сказал Бруну Алвеш.

- Да, кстати, - сказал Александр Кержаков. И набрал телефон Криштиану Рональду.

Повисла сосредоточенная пауза.

- Крис? - сказал Александр Кержаков.

"Истории о "Зените"

главная